12 апреля – День космонавтики

12 апреля — День авиации и космонавтики, памятная дата, посвящённая первому полету человека в космос. Корреспондент портала «Православие и мир» Арсений Замостьянов взял интервью у космонавта Георгия Михайловича Гречко о встречах с Юрием Гагариным :

– Первый раз я увидел Гагарина ещё до полёта, на космодроме Байконур, где я в то время работал испытателем ракет. Привезли космонавтов, нас от них отгородили. Мы могли смотреть на этих небожителей только издалека. Им показывали ракету, которую мы делали. Нам было, конечно, интересно, ведь мы гордились ракетой, на которой им предстояло летать. Ракета сначала летать не хотела, но она была очень красивая. И, как показало время, она остаётся самой надёжной ракетой всех времён и народов.

– Вы подружились?

– Тогда ещё нет… Ровней с ними мы себя не считали. Смотрели с восхищением. Среди небожителей был Гагарин, ещё не отобранный как первый космонавт. Слухи о нём уже ходили, и по некоторым словам Королёва было ясно, что ему нравится Гагарин. Мы, зная, что какой-то Гагарин Королёву нравится, выглядывали издалека и присматривались: что это за Гагарин?Какой он есть?
Наше КБ занималось подготовкой первого полёта, поэтому у нас проходила прямая трансляция. Все собрались в зале и переживали весь полёт буквально по минутам, пока Юра благополучно не приземлился.
Второй раз я видел его на митинге в нашем подмосковном Калининграде. После полёта он приехал на предприятие, чтобы поблагодарить тех, кто создавал для него тот корабль, что унёс его в космос и невредимым вернул на землю.
Наше ОКБ-1 было закрытым предприятием. О его существовании иностранцы не должны были знать. На Ярославском шоссе в районе Калининграда к каждой притормаживающей машине подъезжали представители охраны. Секретность! Полная секретность, над которой мы иногда подшучивали. На заводе была строгая пропускная система. И вот нам объявили, что приедет Гагарин и что митинг пройдёт на самой большой площади внутри предприятия – сразу за проходной. В городе никто не должен был об этом знать. Но когда настало время митинга – по ту сторону ворот собралось полгорода. Это неудивительно: в КБ и на нашем заводе работало полгорода. Слава богу, что охрана поступила мудро – и ворота открыли. Митинг из закрытого превратился в открытый. Полгорода оказалось на территории секретного «ящика» – дело по тем временам неслыханное.

– И тут началось столпотворение?

– Кто такой был Гагарин для русских людей и для всего мира – сейчас невозможно объяснить. Трудно было сдерживать эмоции. Одна из наших работниц приготовила для Гагарина букет цветов. И она с такой скоростью к нему рванула с букетом, что он невольно отшатнулся. Потом быстро сориентировался и взял букет. Тут же родился первый анекдот о полёте Гагарина: самый страшный момент полёта – когда на меня стремительно бросилась женщина с букетом.

– А потом вы более близко познакомились с Юрием Алексеевичем?

– Это уже, когда я сам был принят в группу гражданских космонавтов и направлен в Звёздный городок – в Центр подготовки космонавтов. Гагарин тогда служил заместителем командира по лётной части. Я первое время всё смотрел на него, всё сверлил его глазами. Думал, человек был в космосе, значит, он чем-то от нас, обычных людей, отличается. Он помогал нам, как никто другой. Когда приходил на совещание или в какой-нибудь начальственный кабинет, – всё, что он просил для нас, незамедлительно делалось. Не жалел сил на это. А уж когда мы пришли на подготовку, Гагарин был для нас главным человеком на свете. И в то же время это был наш человек. У него не было крыльев и нимба, он искренне и добросовестно беспокоился за подготовку. Вникал во всё. Мы видели, что он к своим товарищам из первого отряда относится без зазнайства, по-крупному и даже по мелочам помогает и в личной жизни. И мы дружно пришли к выводу, что он с честью прошёл не только огонь и воду, но и медные трубы. То, что Гагарин прошёл огонь и воду, – это понятно, так как любого космонавта готовят по этой программе. А вот то, что он прошёл через такие медные трубы, которые выпали на его долю, – это бы не каждый выдержал!

– Счастливый случай для страны?

– Гениальная интуиция Королёва. И не только интуиция, а мудрость. Как он умел разбираться в людях, наш СП! Всё-таки Королёв не ошибся в выборе! Хотя многим из нас тогда казалось, что первым должен был быть Герман Титов. Он был очень интеллигентным, начитанным, образованным – как-никак из учительской семьи. Но оказалось, что правы не мы, а Королёв. Королёв говорил, что Гагарин был очень способным, ярким человеком и, если бы он получил соответствующее образование, то мог бы стать и учёным. В любой области он оказался бы среди лидеров.
Среди космонавтов бытует такая прибаутка, что полет в космос никому ума еще не прибавил. Любит наш брат пошутить. Но если серьезно, я, к примеру, считаю, что полет в космос действует на человека как усилитель: усиливает все хорошее в характере его и натуре. А иногда – усиливается и дурное.
Не случайно Королев выбрал первым именно Гагарина: все его достоинства высветились и обозначились столь ярко, что какие-то малозначительные недостатки сошли на нет — не было в его поступках, поведении, в отношениях с людьми ничего плохого. И после полета он остался друзьям таким же верным другом, доступным для окружающих, не чванливым, не зазнаистым. Такие воспоминания о Гагарине остались у всех, кто знал его.
Тогда на земле не было равного ему по известности человека. Может быть, и никогда не было такого. И в то же время – ровные отношения со всеми, аккуратный приход на службу – как все, без поблажек.Когда мы уходили домой с работы, он продолжал работать. Каждый день он участвовал в форумах, конференциях, митингах. Он был лицом нашей страны и достойно справлялся с нелёгким грузом общественных забот и поручений, оставаясь самим собой, – был ли среди рабочих, комсомольцев или на приёмах рядом с королями. За него, за его слова или поведение никогда и никому не было стыдно.
Обыкновенный, земной, но лучший, самый лучший. Для укрепления авторитета Советского Союза в мире в то время он сделал, наверное, так много, как никто другой. Вся планета наша была озарена гагаринской улыбкой. И о личном вспомню. Когда он погиб, его мемориальный кабинет остался в том виде, каким был при нём. На столе можно увидеть приглашения на концерт, на встречу с трудовым коллективом…
А на перекидном календаре, который открыт на 27 марта, записаны все его многочисленные обязанности, и в частности – договориться с Серпуховским аэроклубом о полёте гражданских. Это про нас. Мы хотели летать без инструкторов, а в Звёздном это запрещалось, и Гагарин, который мог от нас отмахнуться, сослаться на устав, взялся помочь с аэроклубом…

Источник: pravmir.ru

Метки

Коментарии к этой записи закрыты