Китай борется с коррупцией в регионах

В Китае идет война с коррупцией, в регионах намерены расправиться с триадами, исторически сложившимися мафиозными организациями, специализирующиеся на преступной деятельности. О том, как это происходит у китайцев, говорится в материале обозревателя РИА Новости Владимира Ардаева.

«Основной антикоррупционный лозунг китайской компартии — «Выметать грязь, уничтожать зло». Власти намерены охотиться за организованными преступными группировками (ОПГ) непосредственно в уездах, а не только за их столичными покровителями», — поясняет главный научный сотрудник Казахстанского института стратегических исследований Константин Сыроежкин.

Преступные группы в Китае обычно действуют на уровне уезда или крупного города, иногда контролируют часть какой-либо провинции, утверждает ведущий научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Василий Кашин.

Торговля людьми, проституция, незаконная организация азартных игр, производство контрафакта и контрабанда — вот чем заняты китайские мафиозные структуры. В меньшей степени — торговлей наркотиками. Также широко распространены ростовщичество под грабительские проценты с последующим жестоким выбиванием долгов, рейдерские захваты.

«Все это очень напоминает Россию 1990-х. Информация в СМИ просачивается редко — обычно в самых вопиющих случаях, например, если какая-то группировка берет под контроль целый населенный пункт, как было в краснодарской Кущёвке. Тогда преступникам объявляется беспощадная война и об этом пишут газеты», — рассказывает Василий Кашин.

В России подобные группировки занимаются вырубкой леса и контрабандой на Дальнем Востоке.

Борьба с коррупцией — стратегическая задача китайского партийного и государственного руководства, которую нынешний лидер Си Цзиньпин провозгласил, возглавив страну в марте 2013 года. По словам Василия Кашина, это не популизм и не борьба за авторитет у населения, а насущная необходимость.

«К моменту, когда Си Цзиньпин пришел к власти, уровень коррупции в стране был просто беспрецедентный. Практически любое назначение или повышение в должности можно было купить. Взяточничество поглотило даже армию. Любая семья крупного чиновника владела бизнес-империей стоимостью в миллиарды долларов. Например, при аресте члена постоянного комитета Политбюро Чжоу Юнкана были заморожены активы его окружения на 14 миллиардов долларов. Перспектива утраты управляемости и полной разбалансировки системы была вполне реальной. Политика Си позволила восстановить управление страной, ликвидировать наиболее дикие проявления коррупции, создать необходимые элементы контроля и обновить руководство», — говорит Кашин.

Без жестких и не всегда законных репрессивных мер китайское руководство обойтись просто не сможет, считает Василий Кашин. Пример тому — опыт бывшего партийного руководителя крупнейшего города мира Чунцина с населением в 30 миллионов человек — Бо Силая. В свое время он начал широкомасштабную и сопровождавшуюся множеством эксцессов борьбу с организованной преступностью в своем мегаполисе. Однако закончилось тем, что он и сам оказался в тюрьме.

«И правоохранительная, и судебная система в Китае существенно отличаются от западных, больше напоминая СССР. Для судов не существует понятия независимости, там фактически нет равенства сторон и всегда превалирует обвинительный уклон. С учетом этого коррупционные процессы протекают вполне в рамках законности», — говорит Кашин.

У китайских борцов с коррупцией стоит поучиться технике их работы — скажем, методикам сбора данных об активах предполагаемых коррупционеров. Можно позаимствовать некоторые элементы законодательства, например такой: если у должностного лица обнаруживается собственность, происхождение которой он не в состоянии объяснить, то это служит основанием для привлечения его к ответственности и изъятия этих активов. Однако в целом система настолько репрессивна, что вряд ли применима в России, считает Василий Кашин.

«Первое, что можно перенять у китайцев, — это системность борьбы с коррупцией. Второе, пользуясь их выражением, — «не бояться пожарить большую рыбу», то есть привлекать к ответственности даже самых важных персон в государстве, если они действительно виновны. Наконец, придавать каждой такой кампании серьезное воспитательное значение — в Китае это умеют делать», — подытоживает Константин Сыроежкин.

Фото: http://korruptsiya-china.tass.ru/

Метки

Коментарии к этой записи закрыты