Музыкально-драматический театр стал модным местом в Ивантеевке. В МДТ сезон продолжает «Фургон Мамаши Кураж»

Три вечера — с пятницы по воскресенье с 3 по 5 марта — в Ивантеевском муниципальном музыкально-драматическом театре шли премьерные спектакли «Фургона Мамаши Кураж».   Двадцатилетие со дня своего основания МДТ отмечает несомненным профессиональным успехом в постановке пьесы Бертольда Брехта «Мамаша Кураж». Эту пьесу на русской сцене называют «театром потрясения».   На ивантеевской сцене в КДЦ «Первомайский» зрители увидели пьесу в новом, неожиданном для первоисточника, жанре, а именно спектакль-ревю, но в трагическом звучании.

Все три вечера спектакль собирал замечательного благодарного зрителя, и постоянного, и нового. «Наш зритель, — сказала режиссер-постановщик спектакля Елена Леонова,  — особенный, наш зритель  — всех возрастов, очень талантливый, современный, модный, при этом чуткий, понимающий искусство, в выходные он выбирает не телевизор, а театр, оставляет рутину ради живого общения». Леонид Кошман, один из зрителей, после окончания спектакля подтвердил эту мысль в интервью нашему изданию и добавил: «Я считаю наш музыкально-драматический театр самым модным местом в Ивантеевке. Здесь особая атмосфера духовности и творчества. Мне нравится находиться в среде ивантеевской театральной публики».

Приглашаем наших читателей посетить премьерные спектакли МДТ! Они проходят каждый выходной в течение всего марта! Билеты можно купить и перед спектаклем, и заранее!   

Фото ЗОЯ ДЖАН  

Фельтфебель (Дмитрий Романов, справа): Слишком давно не было здесь войны — это сразу видно. Спрашивается: откуда же и взяться морали? Мирное время — это сплошная безалаберщина, навести порядок может только война. В мирное время человечество растет в ботву. Людьми и скотом разбрасываются, как дерьмом. Каждый жрет, что захочет, скажем, белый хлеб с сыром, а сверху еще кусок сала. Сколько в этом вот городе молодых парней и добрых коней — ни одна душа не знает, никто не считал. Я бывал в местах, где лет, наверно, семьдесят не воевали, так там у людей еще и фамилий-то не было, они сами себя не знали. А где война — там тебе и списочки, и регистрация, и обувь тюками, и зерно мешками, там каждого человека, каждую скотинку возьмут на учет и заберут, Известно ведь: не будет порядка — не развоюешься.

Анна Фирлинг (Мамаша Кураж) и повар Питер Ламб ( Наталья Зацепина Курт и Семен Сюльгин):   Что, такого каплуна вы достанете где угодно? Это в осаде-то, когда с голодухи у всех глаза на лоб скоро вылезут? Полевую крысу вы, может быть, и достанете, я говорю «может быть», потому что всех крыс сожрали и за одной голодной полевой крысой пять человек гоняется чуть ли не полдня. Пятьдесят геллеров за огромного каплуна во время осады!

Мамаша Кураж (Наталья Зацепина Курт):  Рана неглубокая, и следа от нее не останется. Ну вот, перевязала. Ничего, сейчас ты получишь подарок. Я кое-что тебе приберегла, сейчас увидишь. (Достает из мешка красные туфельки Иветты Потье.) Видала? Тебе они всегда нравились. Возьми их себе. Скорее надень их, чтобы я не передумала. (Помогает ей надеть туфли.) Следа не останется, а по мне, хоть бы и остался. Беда тем, кто им нравится. Те как пойдут по рукам, так и пиши пропало. Кто им не по вкусу, тем они хоть жить дают. Видала я смазливеньких, их быстро приводили в такой вид, что волк и тот испугался бы. За каждым деревом их подстерегает опасность, у них ужасная жизнь. Вот так же и с деревьями — стройные, прямые валят на стропила, а кривые остаются и живут себе.

Метки

Коментарии к этой записи закрыты